– Ой! – Корделия выпрямилась, сверкая глазами. – Должно быть, аббат со своими монахами снова подбивает баронов против Короля и Королевы!

– Или снова появился какой-нибудь злой волшебник, – зажглись глаза и у Грегори.

– Или, может, целая армия чудовищ выскочила из лесу! – мечтательно улыбнулся Джеффри. Ему очень нравились всякие армии. И чудовища тоже.

– А может быть, призраки напали на замок! – подскочил Магнус.

– А может быть, чародею и волшебнице просто хочется побыть одним, чтобы не докучали дети, и они решили задержаться подольше, на свежем воздухе, среди лесных цветов! – рявкнули из-за двери глубоким басом. – А может быть, это четверо несносных детей все еще не спят, хотя давно уже пора!

Мальчики нырнули под одеяла, а Корделия – под кровать Магнуса.

В комнату ворвался их полуторафутовый нянь.

– Не стыдно вам? Неужели родители не могут провести наедине хотя бы вечер, чтобы вы не докучали им своей болтовней? Даже когда их здесь нет?

– Но мы же думали не о них, Пак, – возразил Джеффри.

Все четверо могли не только читать чужие мысли, но и вкладывать в голову другим людям свои собственные.

– Нет, но вы не спали, и собирались наброситься на них, как только папа с мамой вернутся.

– Ничего подобного, – с достоинством ответил Магнус. В конце концов, он только разок подумал об этом.

– Ну еще бы, – фыркнул Пак. – А теперь спать! Закрыть глаза – и рты тоже! А не то я сам их закрою.

Мальчики мгновенно закрыли глаза. В последний раз, когда Джеффри огрызнулся на Пака, маме потребовался целый час, чтобы сообразить, как снять с его губ висячий замок.

– А ты, девица! Марш к себе! – Пак указал на дверь пальцем.

На мгновение в комнате стало тихо, потом из-под кровати Магнуса выскочила Корделия.